Ракеты «воздух-воздух»

Ракета «воздух-воздух» (В-В) — управляемая авиационная ракета, предназначенная для поражения летательных аппаратов. В англоязычной литературе обозначается как AAM, сокращение от англ. air-to-air missile. Первые управляемые ракеты данного класса появились в конце Второй мировой войны в Германии. С помощью ракеты «воздух-воздух» первая победа была одержана 24 сентября 1958 года. Ракеты «воздух-воздух» классифицируются по дальности и типу головки самонаведения.

Авиационная ракета Р-3С (К-13, изделие 310 и 310А)

Самонаводящаяся авиационная ракета Р-3С (К-13, изделие 310 и 310А) относится к классу ракет “воздух-воздух” и предназначена для вооружения истребителей, атакующих цели в задней полусфере. Ракета позволяет поражать цели в любое время суток в простых метеорологических условиях (вне облачности) с больших дальностей и большими ракурсами. При этом пилот работает по принципу – “выстрелил-забыл”.

В начале 1958 года в СССР через Китай попал один из образцов американской ракеты AIM-9B "Sidewinder". Эта ракета была пущена тайваньским летчиком во время прибрежной стычки, не взорвалась и упала в грязь рисового поля. Еще один "Sidewinder", в сентябре 1958 года попавший в борт китайского МиГ-17 и не разорвавшийся, так и был доставлен на аэродром. Изучение трофея показало, что американцам удалось создать незаурядный образец — легкий, компактный, несложный конструктивно и в эксплуатации. Появившаяся возможность ознакомиться с устройством "Sidewinder" ускорила работы по созданию ее отечественного аналога того же класса - ракеты К-13 (Р-3С).

К-13 (Р-3С) спроектированная в ОКБ-134 под руководством И.И.Торопова повторяла конструкцию и основные габариты УР "Sidewinder", отличаясь деталями, увеличенной массой БЧ, а также устройством двигателя с пороховым зарядом из нитроглицеринового топлива. Первые пуски новой ракеты прошли уже в марте 1959 года с доработанного МиГ-19, а уже в феврале 1960 года ее запустили в серийное производство сразу на нескольких заводах.

В ходе наземной отработки и испытаний выявилась возможность увеличения дальности пуска ракет К-13 по дозвуковым целям. Однако для расширения зоны пусков потребовалось увеличить продолжительность работы бортового источника питания. Ракета с доработанным газогенератором впоследствии получила наименование К-13А. Постановлением ЦК КПСС и СМ СССР от 22 августа 1959 г. 999-486 об улучшении тактико-технических характеристик ракеты предусматривалось обеспечить диапазон дальностей пусков 0.4-7.6 км, высоту боевого применения до 21.5 км и возможность применения под курсовым углом до 65-70.

В начале 1960 г. усовершенствованные ракеты были представлены на совместные испытания, в ходе которых в качестве целей на этапе облетов использовались пилотируемые МиГ-19, Ту-16, Ил-28 и новейшие по тому времени МиГ-21 и Т-3 (Су-9), а при проведении фактических пусков - беспилотные мишени на базе МиГ-17 и Ил-28. В августе испытания завершились подписанием акта 40 ГК НИИ ВВС с рекомендацией о принятии К-13А на вооружение совместно с самолетом МиГ-21.

Первым серийным носителем Р-3С (К-13) стал МиГ-21ф-13 (на АПУ-3С), сохранивший, хотя и в наполовину урезанной комплектации, пушечное вооружение. Уже в июле горьковский завод 21 выпустил первую серию ракетоносцев. Постановлением ЦК КПСС и СМ СССР от 27 октября 1960г. 1133-476 этот самолет был принят на вооружение. Характеристики основного вооружения МиГ-21 - ракеты К-13, при этом не определялись, так как работы по ее усовершенствованному варианту К-13А с требуемым диапазоном дальностей еще продолжались, притом с задержкой по отношению к плановым срокам. Постановлением также предписывалось ускорить работы по перехватчику МиГ-21ПФ.

К июню 1961 г. было проведено 32 пуска усовершенствованных ракет, в ходе которых сбито пять мишеней МиГ-17 и один Ил-28. В конце месяца Государственные испытания завершились. При официальном принятии на вооружение МиГ-21ПФ Постановлением от 2 марта 1962 г. были определены и основные характеристики К-13А, получившей наименование Р-3С ("ракета третья - самонаводящаяся").

Р-ЗС также вошла в комплекс вооружения и других самолетов на подвесках АПУ-13, -13М1, -13М5, -13БС, -13МТ. Под нее были доработаны также некоторые МиГ-17ПФ и МиГ-19П. С минимальными изменениями в конструкции ракета производилась и применялась беспрецедентно долго, не будучи снятой с вооружения и к концу 80-х годов.

В 1961 г. была начата разрабока высотного варианта К-13 с полуактивной радиолокационной ГСН, которая в 1966 г. поступила на вооружение истребителей МиГ-21МБ и МиГ-21бис. ГСН работала в диапазоне 10-20ГГц. УР получила индекс Р-3Р (объект 320). Ракета была способна перехватывать цели на высотах до 21 км. Дальность применения от 0,3 до 15 км. В конце 60-ых в ОКБ "Вымпел" начались работы по ракете К-13М (объект 380) с новой охлаждаемой головкой самонаведения, радиовзрывателем и более мощной боевой частью. В 1973 году ракета успешно прошла испытания. Дальнейшие работы привели к появлению модифицированной УР К-13М1 с доработанными органами управления. Была также отработана документация на упрощенный вариант по технологии военного времени К-13ВВ и высотную К-13В.

Варианты ракеты широко поставлялись на экспорт и находились на вооружении ВВС Афганистана, Алжира, Анголы, Азербайджана, Бангладеш, Китая, Конго, Югославии, Кубы, Египета, Эфиопии, Финляндии, Венгрии, Индии, Ирака, КНДР, Ливии, Мадагаскара, Монголии, Мозамбика, Нигерии, Перу, Польши, Румынии, Сомали, Судана, Сирии, Вьетнама, Иемена и других стран. Ракеты Р-13 использовались в боевых действиях во Вьетнаме и в Египте (в 1970 и 1973гг.). В Китае, Индии и Румынии было развернуто собственное лицензионное производство. В СССР серийное производство было полностью свернуто к 1980 году. Экспорт ракет продолжался до конца 80-ых.

 

Авиационная ракета Р-24 (К-24)

Еще до принятия на вооружение МиГ-23М с Р-23 по совместному решению ВВС, Министерств авиационной и оборонной промышленностей в 1973г. началась разработка усовершенствованного варианта К-23М, которая осуществлялась на «Вымпеле» под руководством В.А. Пустовойтова. Радиолокационная головка самонаведения «Топаз-М» (РГС-23М, 9Б-1022) создавалась под общим руководством Е.И. Геништы, его заместителем стал М.Н. Гущин. Развернутый план работ был утвержден решением ВПК от 10 апреля 1974г. применительно к оснащению К-23М самолетов МиГ-29 и МиГ-23 в вариантах МЛ и М. Для достижения максимальной боевой эффективности был использован более мощный двигатель, новый энергоблок, обеспечивающий длительный полет на увеличенную дальность, усовершенствованный взрыватель.

В том же 1974г. были изготовлены экспериментальные ракеты с максимальным использованием элементов штатной К-23, но уже укомплектованные ГСН «Топаз-М». В 1975 г. выпустили эскизный проект усовершенствованного варианта ракеты, к тому времени получившей обозначение К-24. В связи с высокой степенью преемственности с Р-23 изготовление матчасти шло быстро. В том же 1975 г. были выполнены два баллистических пуска «изделий 142» с нештатной наземной установки, под новую ракету переоборудовали МиГ-23М №7110. В соответствии с решением ВПК с начала следующего года планировались испытания с МиГ-23МЛ №125 и 126. Этим же документом предусматривалась проработка пассивной радиолокационной ГСН для стрельбы по самолетам типа АВАКС, но это направление было реализовано значительно позднее, уже применительно к ракетам типа К-27. В следующем 1976 г. восемью пусками «изделий 142» завершились заводские испытания. Спустя еще год был выполнен и основной объем государственных испытаний, к проведению которых были дополнительно привлечены МиГ-23М № 8530 и ряд прототипов МиГ-23МЛ (№124, 125, 126). Однако выявленные недостатки ГСН потребовали дополнительных доработок, так что полеты и пуски ракет продолжались до 1979 г. Устойчивость работы самолетного двигателя при пуске ракет исследовалась на МиГ-23МЛ №125.

Первоначальный замысел разработки ракеты К-24 определялся перспективой применения новой радиолокационной ГСН. Однако в результате была создана ракета, практически все элементы которой по уровню совершенства превосходили Р-23. Поддержание производства Р-23Т параллельно с «радийной» К-24 было абсурдно. Кроме того, выявились и некоторые перспективы дальнейшего совершенствования тепловой ГСН. В результате по решению ВПК от 4 апреля 1975 г. началась разработка К-24Т («изделие 160»). Эскизный проект был выпущен в 1976 г., но ряд элементов ракеты изготовили еще на год раньше. Однако из-за запаздывания «Геофизики» с разработкой и поставкой головки 23Т4 летные испытания начались только в 1978 г. двумя пусками с земли и 11 — с МиГ-23МЛ №125 и МиГ-23П №142. В следующем году провели шесть программных и восемь управляемых пусков тепловых К-24, к испытаниям присоединился и самолет №141.

В 1979г. были выполнены пуски 14 боевых и двух автономных ракет, завершив второй этап государственных испытаний подписанием соответствующего акта в начале 1980г. В следующем году акт государственной комиссии с рекомендацией принять ракету на вооружение был утвержден. В летных испытаниях теплового варианта участвовали прототипы МиГ-23МЛ (№124и 125) и его модификации для ПВО МиГ-23П (№141 и 142), а также «спарки» МиГ-23УБ(№1301 и 202).

Формальное принятие новой ракеты в качестве штатного вооружения самолетов МиГ-23МЛ и МиГ-23П было осуществлено по постановлению от 6 апреля 1981г.

Ракеты Р-24 успешно применялись с самолетов МиГ-23МЛ в ходе вооруженного конфликта в Южном Ливане в 1982г. По заявлениям сирийской стороны, этим истребителям удалось с «сухим счетом» сбить три F-15 и один F-4.

Позднее ракета в соответствии с совместным решением ВВС, Министерств радиопромышленности и авиапромышленности от 28 октября 1983 г. прошла очередную модернизацию. Уже в 1984г. были проведены первые четыре пуска ракет К-24М, оснащенных усовершенствованными ГСН. В 1985г. с МиГ-23М №420 выполнили пуски четырех боевых и одной телеметрической К-24М, в том числе по помехопостановщику Ту-16 и по вертолету Ми-4, стоящему на земле с работающим двигателем и вращающимся винтом. В 1986 г. осуществили еще восемь пусков по МиГ-21, имитирующему крылатые ракеты, после чего Р-24М («изделие 140М») приняли на вооружение.

В 1981 г. рассматривался вариант ракеты с активной радиолокационной ГСН. Несмотря на положительные результаты исследований, это направление так и не было реализовано: основные силы конструкторов пришлось сосредоточить на создании активных ГСН для более современных ракет.

В Российских ВВС ракеты Р-24 оставались на вооружении вплоть до 1997г. В составе вооружения истребителей МиГ-23 ракета экспортировалась во многие страны мира, среди них: Афганистан, Алжир, Ангола, Болгария, Северная Корея, Куба, Эфиопия, Германия, Индия, Ирак, Югославия, Ливия, Польша, Румыния, Чехия, Сирия, Словакия, Судан, Венгрия и др.

На западе ракета Р-24Р получила обозначение Apex АА-7C, ракета Р-24Т - Apex АА-7D.

В целом разработка ракеты К-24 стала заметной вехой в истории отечественного ракетостроения. За счет реализации оригинальной схемы функционирования впервые удалось достичь превосходства по максимальной дальности над американскими аналогами вооружения самолетов фронтовой авиации.

 

Управляемая ракета малой дальности Р-60

Ракета малой дальности Р-60 (изделие 62) с тепловой головкой самонаведения предназначена для поражения высокоманевренных пилотируемых летательных аппаратов и беспилотных средств воздушной разведки в ближних воздушных боях в пределах видимости.

Ракета Р-60 разработана НПО "Молния" (генеральный конструктор М.Р. Бисноват) в исключительно сжатые сроки. Натурная отработка изделия с наземного пускового устройства ракеты с наведением на трассер, установленный на вышке, началась в 1971г. Вскоре начались летные испытания с МиГ-21, а уже 18 декабря 1973 г. Р-60 была принята на вооружение.

Высокие характеристики Р-60 и продуманная конструкция пусковых устройств обусловили ее принятие на вооружение многих боевых самолетов: Ил-102(Р-60М), МиГ-21СМТ/СМ/М/МФ/бис/И, МиГ-23М, МиГ-25ПД, МиГ-27, МиГ-29, МиГ-31/31М, Су-15ТМ, Су-17/20/22, Су-24, Су-24М, Су-25, Як-28ПМ, Як-38/38М, Як-141, Ка-50, Ми-24П/В.

Поставлялась на экспорт более чем в 26 стран мира. Экспортный вариант имеет обозначение Р-60МК.

Экспортный вариант Р-60 имел обозначение Р-60К. Высокие качества Р-60 были подтверждены в боях между сирийскими и израильскими самолетами над Ливаном в 1982 году. При ее пусках были отмечены попадания точно в сопла двигателей самолетов противника.

Обозначение НАТО AA-8 "Aphid".

 

Управляемая ракета малой дальности Р-73

Ракета малой дальности Р-73 с тепловой головкой самонаведения предназначена для перехвата и уничтожения в ближних воздушных боях высокоманевренных пилотируемых и беспилотных средств противника днем и ночью, с любых направлений, в переднюю и заднюю полусферы, на фоне земли и при активном радиоэлектронном противодействии. Конструкция ракеты Р-73 отвечает особенностям ближнего боя современных истребителей. Предусмотрена возможность поражения автоматических дрейфующих аэростатов, крылатых ракет и вертолетов.

Ракета разработана в НПО Молния (с 1983 г. доводка и модернизация Р-73 проводилась в ГосМКБ Вымпел), принята на вооружение в 1983 г. Ей оснащаются все модификации фронтовых истребителей МиГ-29 и Су-27, фронтовые бомбардировщики Су-34, штурмовики Су-25ТМ (Су-39). Экспортный вариант ракеты имеет название Р-73Э.

В настоящее время существуют два варианта этой ракеты: Р-73 РМД-1 и Р-73М РМД-2, отличающиеся в основном углами целеуказания: 45° для варианта РМД-1 и 60° для варианта РМД-2. Кроме увеличения углов целеуказания головка самонаведения РМД-2 обладает повышенной помехозащищённостью против ИК-противодействия и построена на цифровой элементной базе, что позволяет легко перепрограммировать алгоритмы слежения и перехвата. Улучшены возможности атаки низколетящих целей. Р-73 РМД-2 может служить для организации противоракетной обороны и позволяет реализовать режим обратного старта для обороны задней полусферы носителя.

Обозначение НАТО AA-11 "Archer".

 

Управляемая ракета средней дальности Р-77 (РВВ-АЕ)

Ракета средней дальности Р-77 (РВВ-АЕ) предназначена для поражения истребителей, штурмовиков, бомбардировщиков, самолетов и вертолетов военно-транспортной авиации противника в воздушных боях на средних дистанциях днем и ночью, в простых и сложных метеоусловиях, с любых направлений, на фоне земли и моря, при активном информационном и маневренном противодействии противника.

Ракета прошла в ГосМКБ «Вымпел» цикл создания в 1982 — 1989 гг. Одним из основных требований к ней была компактность, позволяющая размещать ракеты на внутренней подвеске перспективных боевых самолетов с целью повышения аэродинамических качеств и снижения заметности. Принята на вооружение в феврале 1994г. Ею оснащаются модификации истребителей 4-го поколения - МиГ-29СД (СЭ, СМ, М), Су-35, Су-37, МиГ-31М и др.

Сразу после появления информации об "Изделии-170" (так в проекте называлась РВВ-АЕ, которая, в дальнейшем, стала называться в НАТО - "AAM-AE" (Air-to-Air Missile, Actve, Energetic), а в российских ВС - Р-77) в 1992 году, западные журналисты дали ей прозвище "Amraamski" (намекая на её схожесть с американской AMRAAM - AIM-120A).

По своим тактико-техническим характеристикам РВВ-АЕ значительно превосходит отечественные ракеты Р-24, Р-27, зарубежные AIM-7F "Sparrow", "Skyflash", "Matra super" 530F, а по ряду характеристик - американскую ракету АIМ-120А AMRAAM.

ГосМКБ "Вымпел" ведет работы по модернизации ракеты Р-77 в направлениях повышения эффективности, дальности поражения, технологичности и унификации ее применения в других комплексах. Предусматривается комплектация ракеты инфракрасной ГСН с захватом цели на траектории полета. Разрабатаны варианты с комбинированным ракетно-прямоточным двигателем, позволяющим увеличить дальность, для поражения самолетов ДРЛО на дистанциях до 150 км.

На базе Р-77 спроектирована зенитная ракета, отличающаяся от прототипа увеличенным диаметром РДТТ.

 

Авиационная ракета средней дальности Р-40 (K-40)

Разработка ракеты К-40 началась с переходом от тяжелых истребителей семейства Е-150 с ракетами К-9 и К-8 к двух -двигательному самолету - будущему МиГ-25. Эскизный проект нового самолета в вариантах перехватчика С-155 и разведчика E-155Р был выпущен в 1961г.

Создание С-155 и Е-155Р определялось Постановлением СМ СССР от 5 февраля 1962г., которым устанавливался срок представления этих авиационных комплексов на совместные государственные испытания — конец 1964 г. Разработка ракетного вооружения перехватчика поручалась ОКБ-4 во главе с М.Р. Бисноватом, полуактивная радиолокационная головка самонаведения создавалась НИИ-648, тепловая головка самонаведения — ЦКБ-589, автопилот — ОКБ-3, комбинированный радиооптический взрыватель — НИИ-571, твердотопливный двигатель — КБ-2 завода №81, топливный заряд двигателя — НИИ-6, боевая часть — ГСКБ-47.

Двукратное увеличение массы носителя по сравнению с самолетами семейства Е-150 обеспечивало возможность применения ракет, по массогабаритным характеристикам близких к отрабатывавшимся в то время К-80 для Ту-128-80.Однако условия применения ракет содержали принципиально новый элемент: перехватчик С-155 предназначался для относительно длительного, продолжительностью в десятки минут, полета со скоростью, почти втрое превышавшей звуковую. При этом элементы конструкции как носителя, так и размещенных на наружной подкрыльевой подвеске ракет нагревались до температур порядка 300 °С. Помимо, проблем, связанных с обеспечением прочности материалов, необходимо было решить задачи поддержания работоспособности аппаратуры, а также предотвращения прогрева заряда ракетного двигателя. Удовлетворительные динамические параметры ракетного вооружения было необходимо обеспечить в широком диапазоне скоростей и высот полета.

В результате разработка осуществлялась практически заново, без унификации с К-80. Уже в 1962 г. был выпущен аванпроект по К-40 ("изделие 46"), который содержал два варианта компоновок ракеты. Для дальнейшей разработки взамен нормальной схемы, примененной в К-80, была принята схема «утка». Для повышения вероятности поражения цели ракета оснащалась двумя типами головок самонаведения: полуактивной радиолокационной (ПАРГСН) и тепловой. Последняя была особенно важна, так как ракета предназначалась для поражения скоростных целей, имевших высокий тепловой контраст из-за скоростного нагрева.

Ход разработки несколько замедлился из-за того, что кооперация разработчиков претерпела ряд вынужденных трансформаций. Автопилотом для ракеты К-40 поручили заниматься заводу №118. Вскоре и создание радиолокационной ГСН передали от НИИ-648 разработчику РЛС «Смерч-А» — НИИ-131 (в дальнейшем — НПО «Фазотрон»). В этом же институте коллектив конструкторов во главе с Е.Н. Геништой и его заместителем Б.И. Кононученко продолжил трудиться над ГСН для К-40. В результате замены важнейших смежников разработка была отброшена на пару лет назад. В качестве подстраховки рассматривалась возможность выхода С-155 на летные испытания с вооружением на базе ракеты К-80, создававшейся для Ту-128. Активизировалась деятельность по летной отработке локатора «Смерч-А» и ракет К-80 на самолетах семейства Е-150/Е-152. Однако общий ход работ по другим элементам авиационно-ракетного комплекса также отставал от ранее поставленных сроков.

Испытания бортовой самолетной РЛС «Смерч-А» и ракетного вооружения проводились на летающей лаборатории — модифицированном Ту-104 №42736, который уже в 1965 г. выполнил 23 полета для отработки ГСН ракеты.

Первый вылет будущего МиГ-25 в варианте разведчика состоялся 15 марта 1964 г., перехватчика — 26 октября того же года. До конца года истребитель выполнил три полета с двумя макетами ракет для подтверждения аэродинамических характеристик самолета с подвешенным вооружением. При этом из-за неготовности штатных пусковых установок макеты ракет К-40 размещались на АПУ-8 от К-80.

Третий прототип перехватчика начал испытания с полным комплектом бортовой радиоэлектроники только 16 апреля 1967г. В 1965г. не был доведен до работоспособного состояния ни один из каналов комбинированного радиооптического взрывателя.

Впрочем, это не являлось препятствием для начала отработки баллистических и автономных ракет. В 1966 г. были выполнены два пуска К-40 с наземной пусковой установки и пять — с первых двух прототипов перехватчика. Началась летная отработка ГСН на летающей лаборатории Ту-104 и на втором прототипе Е-155П2.

Первоначально предусматривалось оснащение самолета всего двумя К-40. Но осуществленные в 1968 г. полеты третьего прототипа перехватчика С-155-3 с четырьмя ракетами, в ходе которых была достигнута скорость 2900км/ч, подтвердили возможность и целесообразность такого усиленного варианта вооружения. С этого самолета, а также с четвертого прототипа перехватчика и с Ту-104 выполнили пуски четырех автономных и пяти телеметрических ракет. В это же время при отработке РЛС «Смерч-А» на Ту-104 №326 определили дальности обнаружения и захвата крупной цели — 96 и 65 км соответственно.

В августе 1968 г. начался второй этап государственных испытаний, проводившихся на полигоне ГКИ ВВС. В течение года с привлечением четвертого и в основном пятого прототипов перехватчика провели пуски трех автономных, девяти тепловых и 20 «радийных» ракет в телеметрической и боевой комплектациях, которыми удалось сбить шесть Як-25РВ, 12 МиГ-17, три Ил-28, один Ту-16 в беспилотных вариантах и две парашютные мишени. Наиболее впечатляющим было поражение двух ракет-мишеней КРМ, летящих на высоте 25 км со скоростью 3000 км/ч с борта МиГ-25, запустившего ракеты на высоте 20 км при собственной скорости 2000 км/ч. На Ту-104ЛЛ, иначе именовавшемся ЛЛ-104, велась дополнительная отработка головок самонаведения ПАРГ-12ВВ, Т-40А и Т-40А1. Всего за год было выполнено 245 полетов Е-155П и 92 — Ту-104.

В следующем году наряду с пусками восьми автономных и трех вибрационных ракет произвели стрельбы 23 телеметрическими и боевыми изделиями по 12 мишеням: четырем МиГ-17, четырем КРМ и помехопостановщикам — двум Ту-16 и одному Ил-28. Это позволило уже в феврале 1970 г. завершить государственные испытания, сбив еще восемь Ту-16 и три КРМ. В течение года были осуществлены два пуска на скорости, соответствующей М=2,4. Всего в ходе испытаний выполнили 1291 полет, 105 пусков ракет по 33 мишеням.

На Ту-104ЛЛ исследовалось поведение ракет в сложной помеховой обстановке. В дальнейшем помимо учебных пусков при освоении МиГ-25П строевыми летчиками почти 30 пусков было проведено при подготовке планировавшегося показа новой техники высшим руководителям партии и правительства. В ходе генеральной репетиции удалось успешно «завалить» пару Ил-28. В 1971 г. на глазах самых больших начальников четырьмя ракетами сбили оба Ил-28. Эти пуски наряду со стрельбой шестью К-40Т по ПРМ-1 зачли и как контрольно-серийные испытания. Кроме того, еще 12 пусками было уничтожено восемь из девяти мишеней: МиГ-17, КРМ, М-6 и ПРМ-1

Постановлением СМ СССР от 13 апреля 1972 г. комплекс был принят на вооружение под наименованием МиГ-25-40, при этом РЛС получила обозначение РП-СА, а ракеты — Р-40. Серийное производство ракет велось на Калининградском машиностроительном заводе с 1965 г. по конец 1980-х гг.

После принятия авиационного ракетного комплекса перехвата продолжались работы по расширению его боевых возможностей. Уже в 1972 г. МиГ-25 №8408 сбил МиГ-15 на высоте всего 500 м.

МиГ-25, несомненно, — уникальное достижение мирового авиастроения, самый быстрый в мире крупносерийный самолет. Показательно то, что как в СССР, так и за океаном разработка велась одновременно по вариантам истребителя (МиГ-25П и YF-12) и разведчика (МиГ-25Р и SR-71). Американцы прекратили разработку перехватчика: даже без учета противодействия до США чисто технически могло долететь всего около двух сотен наших бомбовозов. При использовании обычного оружия ущерб от такого налета не превысил бы стоимость сбитых самолетов, а в ядерной войне пара сотен бомб терялась на фоне тысяч боеголовок баллистических ракет. Напротив, Советскому Союзу угрожало не только втрое большее число В-52, но и тысячи самолетов тактической и палубной авиации, способные натворить бед и до перехода к стадии ядерного апокалипсиса.

Подход вплотную к трехмаховой скорости потребовал изыскания новых технических решений не только от самолетчиков, но и от конструкторов РЛС и ракет, впервые длительно работающих в условиях «теплового барьера». За исключением этой специфики, РЛС МиГ-25 в основном соответствовала радару от Ту-128, при этом неспособность находить цели на фоне земли считалась не столь удручающей с учетом предназначения МиГ-25 как высотного скоростного перехватчика — охотника за В-70 и SR-71. Однако «Валькирия» так и не пошла в серию, а число построенных SR-71 в десятки раз уступало суммарному выпуску МиГ-25.

В ходе серийного производства комплекса МиГ-25-40, как всегда, проводилась«малая» модернизация: РЛС «Смерч-А1» сменила «Смерч-А2», за ней последовала «Смерч-АЗ». Для подтверждения работоспособности нововведений проводились стрельбы, в ходе которых широко использовались относительно дешевые мишени Ла-17. В 1974 г. проводились испытания по обстрелу тепловыми ракетами Ла-17, летящих на фоне земли.

Наряду с этим рассматривалась и «большая» модернизация Миг-25 и его вооружения. Для увеличения дальности, скорости и высоты полета модернизированный МиГ-25 предусматривалось оснастить усовершенствованными двигателями Р-15БФ2-300, установить на нем новую РЛС с дальностью обнаружения целей 120 км и вооружить его ракетами К-40М («изделие 65»), способными поражать цели на удалении до 60 км — вдвое больше, чем у К-40. Проработки по К-40М, начатые в 1973 г., предусматривали внедрение схемы с захватом цели ГСН не на подвеске под носителем, а на траектории полета, как это уже реализовывалось на К-24.

Эти работы шли без особой спешки и не носили приоритетного характера: параллельно велась разработка намного более перспективного С-155М, будущего МиГ-31 Тем не менее в мае 1976 г. был выпущен эскизный проект по ракете К-40М, соответствующее постановление оставалось лишь утвердить в ЦК КПСС, но абсолютно непредвиденные обстоятельства резко ускорили и совершенно изменили основную направленность работ по новой модификации вооружения МиГ-25П.

6 сентября 1976 г. взлетевший с дальневосточного аэродрома Чугуевка замполит одной из эскадрилий 531-го истребительного авиационного полка ПВО Виктор Беленко посадил свой МиГ-25П в японском аэропорту Хакодате. Последствия этого происшествия были очевидны: радиоэлектронное оборудование самолета и его вооружение стали доступны для изучения вероятному противнику. Это открывало США и их союзникам прекрасные перспективы для отработки эффективных средств противодействия. В течение всего лишь двух месяцев удалось выработать срочную, но продуманную реакцию.

Руководство партии и правительства постановлением от 4 ноября 1976 г. задало развернутую программу реализации соответствующих контрмер, предусматривающую, в частности, замену РЛС и вооружения МиГ-25П. Устанавливались крайне жесткие сроки реализации: новую технику требовалось представить на государственные испытания ровно через год, в ноябре 1977 г. С учетом острого дефицита времени за основу новой РЛС была принята последняя серийная новинка отечественной техники — созданный для МиГ-23М локатор семейства «Сапфир-23» (РП-23). Важнейшее достоинство этой станции, заключающееся в способности обнаружения и отслеживания воздушных целей на фоне земли, было достигнуто применением режима квазинепрерывного излучения. В силу этой особенности новая станция была несовместима с ПАРГСН ракет Р-40.

Задача доработки вооружения была решена простейшим образом: на ракетах К-40Д установили новые ГСН РГС-25, созданные на базе РГС-24 ракет Р-24, предназначенных для МиГ-23МЛ и МиГ-23П. Ракета Р-24 имела существенно меньший диаметр, что привело к сокращению длины на 0,165 м, характерному излому обводов передней части усовершенствованных ракет Р-40Р, получивших наименование Р-40РД. ГСН РГС-25 разрабатывалась в НИИП коллективом, возглавляемым главным конструктором Е.Н. Геништой и его заместителями М.Н. Гущиным и Б.С. Патрикеевым. Рассматривался и вариант с увеличенной в соответствии с размерами К-40 антенной ГСН. Однако имея преимущество по дальности сопровождения цели, такая ГСН за счет сужения луча не обеспечивала ее захвата с заданной вероятностью.

Была доработана и тепловая модификация ракеты, получившая обозначение Р-40ТД и оснащавшаяся усовершенствованной головкой самонаведения, обеспечивающей атаку как в переднюю, так и в заднюю полусферы цели. Азотная система охлаждения фотоприемника ГСН размещалась на ракете.

Еще до принятия постановления осенью 1976 г. началась подготовка техдокументации по ракете К-40Д. Времени на выпуск технических предложений и эскизного проекта не было, да и высокая степень заимствования элементов от штатной К-40 и от К-24 сводила технический риск к минимуму. Подготовили три модернизированных самолета: МиГ-25ПД («перехватчик доработанный») №3305, совершивший свой первый полет 19 ноября 1977 г., а также самолеты №3306 и 3307. В следующем году они выполнили более 200 полетов. К ним присоединились и два ранее изготовленных МиГ-25П (№84027017 и 84031402), доработанных и получивших обозначения МиГ-25ПДС («перехватчик доработанный в строю»). На начальном этапе летных испытанийракет автономные и программные пуски проводились с летающей лаборатории ЛЛ-84Д (усовершенствованный МиГ-25 №1104).

Первые три пуска ракет с работающими ГСН прошли неудачно. Оказалось, что передатчик самолетной РЛС не переключался с эквивалента на антенну, при этом данный эффект проявлялся только в полетных условиях, а не при наземных поверках. В конце концов причина отказа была найдена и испытания пошли успешно.

Комплекс завершил испытания в 1979 г. и принят на вооружение постановлением от 16 июня 1980 г. под наименованием МиГ-25-40Д. При этом РЛС получила обозначение РП-25, а ракета — Р-40Д. Контрольные испытания новых ракет провели в 1982—1983 гг.

Ракеты Р-40Д представляли собой реализацию только первого этапа модернизации ракет типа К-40. Развитие техники за период с начала 1960-х гг. позволяло применить и другие нововведения помимо новых ГСН. Решением ВПК от 17 августа 1981 г. была задана разработка ракет К-40Д-1, комплектуемых, в частности, новой более мощной осколочно-стержневой боевой частью и взрывателем "Бекас". В следующем году ракеты подготовили к испытаниям. В 1983г. завершились заводские, а в следующем году — государственные испытания, проходившие на МиГ-25ПД №1004, в ходе которых была запущена 21 ракета К-40Д-1 и 16 ранее принятых на вооружение Р-40Д. По результатам испытаний ракета поступила в серийное производство, направлялась в войска, однако потребовалось и проведение ряда доработок по реализации замечаний госкомиссии и обеспечению применения ракеты на МиГ-31. Соответствующие работы продолжались около пяти лет. Например, в 1988 г. испытания продолжились на МиГ-31 №1604.

Надо отметить, что по дальности обнаружения целей самолетной РЛС МиГ-25ПД в полтора раза превосходил даже МиГ-23МЛ, не говоря о более ранних модификациях «двадцать третьего». Ракеты Р-40Д также не уступали Р-24 по энергетике, превосходя их по мощности боевой части. Поэтому из всех поставленных в страны исламского мира советских самолетов только МиГ-25ПД соответствовал задачам дальнего ракетного боя с самолетами четвертого поколения американского производства. С другой стороны, задуманный как высотный перехватчик ПВО, он был практически непригоден для маневренного ближнего воздушного боя, вполне вероятного в случае срыва атаки на средних дальностях.

 

Управляемая ракета большой дальности Р-33

Разработка ракеты Р-33 большой дальности для дальних перехватчиков была начата МКБ "Вымпел" в конце 60-х гг. Это был советский ответ на разработанный в США истребитель F-14a с ракетой AIM-54A "Phoenix". Ракета Р-33 вместе с истребителем МиГ-31 составила многоканальный комплекс дальнего перехвата "Заслон".

Однако концепция отечественного комплекса "Заслон" существенно отличалась от американской. Отечественный комплекс предназначался для территориальной ПВО районов страны с редкой сетью аэродромов и наземных средств наведения. Это требовало повышенной автономности действий, больших рубежей перехвата и зон ответственности, многоканальности обстрела целей в пределах всего боекомплекта. Для обеспечения этих требований на перехватчике МиГ-31 была использована РЛС с фазированной антенной решеткой, имеющая значительно большие возможности по поиску, обнаружению, сопровождению целей и обеспечению их подсвета по сравнению с РЛС AWG-9 с механической антенной. Благодаря практической безынерционности переброса луча станции с ФАР в режиме подсвета нескольких целей оказалось возможным в ракете Р-33 применить полуактивную РГС с обеспечением приемлемой точности наведения одновременно четырех ракет на четыре цели.

Вся система управления комплекса, включая РЛС с ФАР "Заслон" и полуактивную РГС ракеты, разрабатывалась НПО "Фазотрон" под руководством главного конструктора В. К. Гришина. По концепции построения и реализованным характеристикам комплекс МиГ-31 с РЛС "Заслон" опередил уровень зарубежной техники и до настоящего времени сохраняет лидерство, не имея близких аналогов за рубежом.

Ракета предназначена для перехвата и уничтожения летательных аппаратов различных типов, в том числе маловысотных крылатых ракет, на расстоянии более 100 км при автономных и групповых действиях самолетов-носителей, днем и ночью, в простых и сложных метеоусловиях, в свободном пространстве и на фоне земли, в широком диапазоне высот и скоростей полета целей.

Принята на вооружение в мае 1981 года в составе комплекса МиГ-31-33.

На западе ракета получила обозначение AA-9 AMOS.

На экспорт предлагается модифицированный вариант под обозначением Р-33Э.

 

Авиационная ракета Р-27 (К-27)

В соответствии с постановлением ЦК КПСС и СМ СССР от 26 июня 1974г. были развернуты опытно-конструкторские работы по истребителям четвертого поколения - будущим МиГ-29 и Су-27.

В том же году КБ "Вымпел" были подготовлены техпредложения по новой ракете К-27(изделию 470), предназначенной для вооружения этих перспективных самолетов. Разработка К-27 была поручена коллективу во главе с А.Л. Ляпиным, проектирование осуществлялось под руководством П.П. Дементьева и В.Т. Корсакова.

Перспектива одновременной разработки двух истребителей практически одинакового назначения еще на стадии техпредложения 1974г. подсказала принципиальное решение создать систему унифицированных ракет: К-27А для легкого МиГ-29 и К-27Б для тяжелого Су-27. Предполагалось, что варианты ракеты будут отличаться двигательными установками и, соответственно, дальностью пусков. Исходя из сложившейся практики сочли целесообразным предусмотреть для каждого варианта ракеты с различными двигательными установками исполнение с «радийной» и «тепловой» ГСН. Так определилась концепция «модульной» ракеты с варьируемыми ГСН и двигательными установками.

Представлялось очень заманчивым добиться взаимозаменяемости двигательных установок, исключив кабельные и газовые связи аппаратуры управления и газогенератора в центральном блоке с хвостовой частью ракеты. Однако принятая схема «утка» традиционно связывалась с необходимостью размещения в хвостовой части рулевых машин привода управления элеронами. Дело в том, что при переднем расположении рулей их отклонение порождает скос воздушного потока, воздействующего на установленные в хвосте крылья таким образом, что при определенном сочетании углов отклонения рулей, углов атаки и скольжения возникает явление реверса управления по крену — момент от аэродинамических сил на крыльях действует в направлении, противоположном моменту от сил на рулях, и превышает его. Поэтому практически на всех ракетах, выполненных по схеме «утка», рули служат только для управления по тангажу и рысканию, а по каналу крена используются либо обеспечивающие стабилизацию элероны, либо роллероны, ограничивающие скорость вращения ракеты по крену.

Конструкторам «Вымпела» удалось обеспечить управление ракетой по всем каналам дифференцированным отклонением рулей, отказавшись от элеронов. Для этого на К-27 применили рули уникальной формы — «бабочка». Принятая схема не получила единодушного одобрения. Так, по мнению специалистов НИИ-2 (ныне ГосНИИАС), условиям применения К-27 более соответствовала «нормальная» схема с размещением рулей для управления ракетой в ее хвостовой части. В этом случае снижалось сопротивление при малых углах атаки, увеличивалось аэродинамическое качество. Однако нормальная схема требовала разнесения элементов управления между носовыми и хвостовым отсеками ракеты, что нарушало модульный принцип построения. Ставилась под вопрос и унификация хвостовых отсеков ракет с двигателями разного диаметра. Поэтому конструкторы «Вымпела» проработали и «нормальную» схему», но, опираясь на поддержку ЦАГИ, сохранили избранную ими схему — нечто промежуточное между «уткой» и «поворотным крылом».

Принципиально новые технические решения были использованы и в бортовой аппаратуре ракеты. При реализации обычной полуактивной ГСН на перспективных советских ракетах не удавалось достигнуть превосходства над «Сперроу» AIM-7М, так как отечественные самолетные РЛС и ГСН ракет уступали американским аналогам по потенциалу подсветки и чувствительности приемника. Поэтому в ходе разработки для ракет с радиолокационными ГСН специалисты НИИП на основании результатов исследований приняли комбинированную схему функционирования с возможностью захвата цели на траектории. Следует отметить, что на «Сперроу» использовалось более примитивное техническое решение: даже не простое инерциальное управление без коррекции по радио, принятое на Р-24, а стартовая, так называемая «английская» поправка, аналогичная схеме, реализованной в Р-23.

Окончательный вариант определился в 1976г. при выпуске эскизного проекта, отразившего требования постановлений от 19 января 1975г., уточнивших требования к МиГ-29 и Су-27 соответственно. Были установлены и сроки представления ракет на государственные испытания: 1978г. для К-27 на МиГ-29 и 1979 г. для К-27Э на Су-27. При этом исследовался вопрос оснащения К-27 также и самолетов МиГ-23. Следующий 1977г. наряду с защитой эскизного проекта ознаменовался первыми полетами прототипов МиГ-29 и Су-27, а также началом натурной отработки ракет — проведением двух пусков баллистических «изделий 472» с наземной пусковой установки.

Первоначальная отработка РЛС «Рубин» и головок самонаведения ракет проводилась на летающей лаборатории ЛЛ-124, созданной на базе Ту-124. На начальном, автономном этапе летных испытаний пуски четырех баллистических и двух программных ракет выполнили в начале 1979г. с МиГ-21бис №1116. Несколько позже в том же году провели и первые пуски шести программных и двух телеметрических К-27 с доработанного МиГ-23МЛ №123. Тогда же осуществили два программных и три телеметрических пуска К-27Э с Су-15Т №02-06 (так называемой ЛЛ 10-10, в большей мере, чем МиГ-23, приспособленной для применения тяжелого варианта ракеты).

В соответствии с решением ВПК от 31 января 1979г. рассматривались вопросы использования радиокоррекции на участке инерциального полета К-27. Велись также проектные проработки по определению возможности существенного облегчения ракеты класса К-27, но в те годы они не дали положительных результатов применительно к «радийному» варианту. Для облегченного теплового варианта было разработано ТЗ, но в связи со значительной разунификацией с остальными модификациями К-27 и это направление не получило развития.

В следующем году объем летных испытаний многократно увеличился. С МиГ-23МЛ провели пуски 22 программных ракет, а также шести ракет с тепловыми ГСН по парашютным мишеням и Ла-17. Еще 14 ракет с тепловыми головками запустили по аналогичным целям с ЛЛ 10-10 (Су-15Т), завершив в 1980г. испытания ракеты на этой летающей лаборатории. Госиспытания теплового варианта ракеты начались с мая 1980г. на третьем опытном, еще не оснащенном РЛС, МиГ-29 №902 (он же 912/3). Этот недостаток комплектации не препятствовал испытаниям ракеты с тепловой ГСН.

В 1981г. автономными пусками с летающей лаборатории МиГ-23МЛ начался заводской этап испытаний «радийной» ракеты. В дальнейшем испытания проводились и на МиГ-29 №918 — первом укомплектованном РЛС, с которого впервые сбили воздушную мишень. Однако облеты РЛС принесли неприятный сюрприз. Выяснилось, что с установкой на МиГ-29 ее дальность обнаружения оказалась почти на треть меньше заданной.

Велась проектно-конструкторская увязка «радийной» ракеты с катапультным вариантом пусковой установки АКУ-470, а также натурная отработка АКУ-470 в наземных условиях. Продолжались и испытания теплового варианта ракеты: провели почти четыре десятка пусков программных и телеметрических ракет, в том числе по Ла-17. Первые пуски тепловых ракет по Ла-17 провели и с прототипа Су-27 — самолета Т-10-4.

В следующем году выполнили еще 24 пуска ракет различной комплектации, включая три боевых, завершив при этом первый этап государственных испытаний на МиГ-29. В 1983г. удалось в основном выполнить программу второго этапа как на МиГ-29 (пуски производились с самолетов №902, 919 и 920), так и на Су-27. В 1983г. провели еще 39 пусков К-27 и 66 К-27Э. Кроме того, по специальной программе на МиГ-29 №921 исследовалась устойчивость работы двигателей при пусках ракет. Государственные испытания завершились в 1984г. Оба варианта ракеты К-27 приняли на вооружение в 1987г. под обозначением Р-27Р и Р-27Т.

Большой объем испытаний ракет семейства К-27 помимо новизны решаемых задач определялся и тем, что МиГ-29 и Су-27 несли разные радиоэлектронные комплексы с различным математическим обеспечением. Правильность алгоритмов приходилось проверять реальным применением ракет, что увеличило объем испытаний на десятки пусков.

Как известно, уже после начала испытаний Т-10 (прототипа Су-27) было принято решение о внесении в проект серьезных изменений, фактически соответствующих разработке самолета практически заново. В частности, радикально были пересмотрены и основные решения по бортовой РЛС. Отработка новых вариантов К-27 велась на МиГ-29 (№920) с июня по сентябрь 1984г.

Испытания ракеты К-27Э несколько затянулись и сопровождались введением доработок в ГСН, инерциальную систему, аппаратуру радиокомандной линии. Только в 1990г. ракета была принята на вооружение в вариантах Р-27ЭР и Р-27ЭТ. Производство развернули на Заводе им. Артема в Киеве.

В целом разработанное ракетное вооружение обладало преимуществом над «Сперроу» AIM-7F по дальности пуска, достигнутым за счет реализации инерциального участка наведения. Модульный принцип построения семейства ракет позволил создать модификации ракет с повышенными энергетическими возможностями, по досягаемости приближающихся к современным ракетам большой дальности и обладающих высокой эффективностью в бою на средних и малых дистанциях за счет высокой средней скорости полета. Создателей ракет отметили Государственной премией в 1991 г.

Экспортные варианты ракет Р-27Р-1 и Р-27Т-1 выпускались в связи с поставками за рубеж МиГ-29 в варианте МиГ-29А с 1988г. и МиГ-29Б с 1986г., а Р-27ЭР-1 и Р-27ЭТ-1 — с началом поставок Су-27 в 1990-е гг.

Предусматривается возможность применения ракет семейства Р-27 также и на более ранних образцах истребителей второго и третьего поколений после их комплексной модернизации, в частности, по проекту МиГ-21-93.

Помимо четырех основных вариантов ракет на базе Р-27ЭР была также создана ракета К-27П с пассивной радиолокационной головкой самонаведения. Работы начались по решению ВПК от 18 августа 1982 г. Еще ранее в омском ЦКБА (бывшем ОКБ-373) коллективом во главе с Г. Бронштейном проектировалась ГСН, а в 1981 г. появился эскизный проект. Предварительные испытания провели в 1984—1985гг. в основном на МиГ-29 №970 и 971. Испытания завершились с положительным результатом в 1986г. с рекомендациями о принятии на вооружение и передаче в серийное производство. Испытания К-27ЭП в составе вооружения Су-27 велись с 1986г. на самолетах №10-21, 10-22, 10-23, 10-31, 10-32 и завершились в 1989г. Длительное время ракета не предлагалась на внешний рынок, но в 2004 г. ее продемонстрировали на выставке Fidae-2004.

На ряде авиационных салонов представлялись материалы по варианту ракеты Р-27ЭА с комбинированной системой наведения. В этом варианте используется ГСН АРГС-27 — инерциальная, с радиокоррекцией и активным радиолокационным самонаведением на конечном участке, что обеспечивает реализацию принципа «выстрелил и забыл». Развертывание полномасштабных опытно-конструкторских работ по этому варианту началось по решению ВПК от 19 июля 1982г. Эскизный проект по активной ГСН был выпущен еще в 1981г. Наиболее сложной задачей для ее конструкторов — сотрудников лаборатории A.M. Сухова в НИИ «Агат» — явилось создание малогабаритного передающего устройства мощностью 30—60 Вт с многолучевым клистроном в качестве выходного вакуумного прибора.

Эскизный проект по ракете Р-27ЭА в целом закончили в 1983г. В 1984г. для применения К-27А готовили МиГ-29 №919, в следующем году — №925, но в дальнейшем эти машины были задействованы под более приоритетную работу — испытания перспективной ракеты РВВ-АЕ. Фактически летные испытания К-27А велись на МиГ-29 №970 и 971. В 1985г. выполнили три пуска, в следующем году — пять.

В АРГС-27 предусматривалось использование бортовой цифровой ЭВМ «Алиса» на микросхемах серии 588, но ее отработка шла настолько тяжело, что стало рассматриваться и применение вычислителей других типов. Время было упущено, и в 1988—1989гг. в связи с сокращением финансирования исследования по АРГС-27 были практически приостановлены ради продолжения работ по ГСН для ракеты РВВ-АЕ. Тем не менее работы в данном направлении были продолжены НИИ «Агат» в инициативном порядке. В результате удалось снизить массу этой модификации ГСН в полтора раза — с 21,5 до 14,5кг, а также увеличить дальность захвата.

В целом разработка ракет семейства К-27 позволила предельно полно реализовать принцип унификации как по вооружению истребителей «тяжелого» и «легкого» классов, так и по созданию важнейших элементов ракеты, единых для вариантов с различной дальностью и принципами наведения на цель. Большой вклад в разработку ракеты на «Вымпеле» внесли В.Г. Карасков, А.Л. Рейдель, П.П. Васильев, А.Б. Пригорникер.

За рубежом эта ракета получила наименование АА-10 Alamo.

 

Хотите получать новые интересные статьи каждую неделю?

Похожие записи:

Оставьте свой комментарий!

* Обязательные для заполнения поля
Все отзывы проходят модерацию.

Подписаться, не комментируя